география fenykc

FENYKC ГЕОГРАФИЯ

(для детей)

 

ГЛАВА 80

ОДНАЖДЫ В АНТАРКТИДЕ

спасение бельгийской экспедиции в 1958 году

Третья Советская Антарктическая завершала год пребывания на шестом материке, зимовщики уже мечтали о смене, о скором отплытии домой. И вдруг поступила радиограмма о том, что за тысячи километров от Мирного, в Кристальных горах, пропали без вести четыре бельгийских полярника. База бельгийской экспедиции «Король Бодуэн» находилась в 3 тыс. км от Мирного, прямой радиосвязи с ней не было – переговоры велись с помощью австралийцев, располагавшихся примерно на полдороге. Но у них не было подходящего самолёта, а те, кто имел более мощные, в частности американцы, находились на противоположном берегу материка и организовать эффективную экстренную помощь не могли.

Вся надежда была на наших лётчиков, однако их задача выглядела практически невыполнимой, и причин тому было множество, не говоря даже о превратностях погоды (в Мирном как раз в те дни бушевала пурга). Лететь можно было только на самолёте Ли-2, снабжённом лыжным шасси, ибо садиться во внутренних областях Антарктиды на колёсах на неподготовленную полосу нельзя – машину наверняка опрокинет. Единственный Ли-2 на лыжах, обслуживавший учёных, работавших вдали от Мирного, отвлекать сейчас на другие дела было крайне рискованно: случись что в глубине материка со своими – и пришлось бы самим взывать о помощи!

От Мирного до бельгийской базы лежал путь, требовавший 13-14 ч полётного времени, а полной заправки основных и дополнительных баков Ли-2 хватало от силы на 8-9 ч – значит надо «присаживаться» у австралийцев для дозаправки. Мало того, лётчики даже не знали точных координат бельгийской базы. В последний момент выяснилось, что её наглухо занесённые снегом строения располагаются не на берегу, а в 16 км от моря, и будет весьма непросто обнаружить их с воздуха. В довершение всех неприятностей, у бельгийцев не было средневолновой радиоаппаратуры, а это означало, что нельзя рассчитывать
на радиопривод, радиокомпас на Ли-2 оказался
бесполезен...

Словом, днём 12 декабря 1958 г. двухмоторная машина с бортовым номером Н-495 уходила в полёт, связанный с великим риском и всевозможными неожиданностями. Но в сердцах наших людей тревога соседствовала с надеждой. Тем более что вёл самолёт один из лучших лётчиков советской полярной авиации. Командир авиаотряда 40-летний Виктор Михайлович Перов

В составе экипажа в этом полете были:
пилот В. М. Перов,
второй пилот В. В. Афонин,
штурман Б. С. Бродкин,
борт­механики И. В. Сергеев и Е. Н. Меньшиков,
бортрадист Н. Г. Зорин,
в роли переводчика летел В. М. Макушок

16-часовой беспосадочный полёт к Полюсу недоступности, а затем его экипаж покрыл 4 тыс. км маршрута поперёк всего континента через Южный географический полюс, пролетев над станцией «Амундсен-Скотт». Последовали долгие часы слепого полёта в облаках, при встречном ветре и угрозе обледенения, скоротечная посадка у австралийцев, снова длительные часы полёта «в молоке» (попутно выяснилось, что крайне неточны карты, имевшиеся в распоряжении штурмана Бориса Семёновича
Бродкина, их приходилось исправлять прямо на ходу).

Через 13 ч полёта Перов увидел внизу густые шлейфы красного дыма – бельгийцы запалили сигнальные факелы. Самолёт сел и 1,5 ч спустя ушёл в первый и далеко не последний рейс на поиски «иголки» в снежно-ледяных просторах Антарктиды. А как ещё это назвать? По рассказам обитателей бельгийской зимовки, их одномоторный самолётик, перевозивший по одному сотрудников полевого отряда в район Кристальных гор, за 300 км от побережья, исчез ещё 5 декабря, причём связь с
ним не обрывалась – рации на борту вообще не было...

Что именно случилось, когда и, самое главное, где – об этом не знал ни один человек во Вселенной (кроме, понятно, самих пострадавших)! Известно было очень и очень немногое: за 72-й южной параллелью высится среди льдов гора Сфинкс (её фото передали нашему штурману). Если долететь до неё и взять курс на юго-запад, то впереди должны появиться Кристальные горы. Вот там-то и нужно искать людей. Они вылетели и вернулись: по мере подъёма машины над ледниковым куполом нижняя белёсая кромка облаков всё теснее прижималась к белой поверхности заснеженной «земли». Клин, в котором летел Ли-2, сужался на глазах, машина в любую секунду могла врезаться в купол.

Несколько часов спасатели ждали погоды на
бельгийской базе. Наконец облака начали чуть-чуть подниматься, и лётчики вновь отправились на поиск. На этот раз они добрались до желанной 72-й параллели и пошли вдоль неё. Внезапно глазам пилотов открылась вершина горы, напоминающая каменного сфинкса, – первая зацепка! Ещё несколько минут, и прямо по курсу возникла цепочка вершин – желанные Кристальные горы.
У подножия одной из них беспомощно накренился
набок миниатюрный самолётик, людей поблизости
не было видно. Более или менее сносная площадка для Ли-2 сыскалась километрах в четырёх.

Перов решил посадить машину на крутой, но ровный снежник на склоне. Резко гася скорость, самолёт заскользил на лыжах вверх по снежнику и замер в самом его центре. Механики закутали чехлами моторы, но то и дело принимались прогревать двигатели: как-никак летний декабрьский морозец во глубине Кристальных гор был градусов 15, да с ветерком, – стоило моторам основательно остыть, и их уже ни за что нельзя было бы запустить вновь!

Оставив двух человек возле Ли-2, остальные члены экипажа, переводчик и два зимовщика-бельгийца двинулись к самолёту. Четыре километра пути дались им тяжело, ноги в валенках и унтах скользили по отполированной ветрами поверхности ледника, люди часто проваливались в занесённые снегом ямки и мелкие трещинки. Часа через два они добрались до цели. В кабине лежала записка, сообщавшая, что с 5 по 10 декабря четвёрка ждала помощи извне, но потом вынуждена была направиться к тому месту, где находился продовольственный склад их экспедиции, до которого было примерно 150 км. Продуктов имелось до 15 числа,
иными словами – до завтра...

Спасателям ничего не оставалось, как вернуться к своей машине. Тем временем потеплело, и им с колоссальным трудом удалось взять разбег и оторвать лыжи, прилипавшие к подтаявшему снегу. Началась работа галсами, изломанными зигзагами, как на обычной ледовой разведке где-нибудь над Ледовитым океаном, – чтобы не пропустить ни единой детали внизу, только на сей раз «деталью» этой были пропавшие люди.

Так, галсами, бороздили они воздушное пространство над безжизненными ледниками, с ужасом убеждаясь в том, что маршрут несчастных путешественников пролегает через широкие зоны громадных, опасно замаскированных снегом трещин! Они летали несколько часов и на остатках горючего возвратились на береговую базу. Спустя 1,5 ч, максимально загрузив машину дополнительными бочками с бензином, экипаж снова отправился на поиск, благо круглосуточно стоял светлый полярный день.

Зоне трещин внизу, казалось, не будет конца, и лётчики прекрасно понимали, что измученные, полуголодные люди
вряд ли станут совершать изнурительный обход, а рискнут пойти напрямик, через ледяные ущелья с их гибельными снежными «мостами»... 6-часовой полёт не дал никакого результата.

Под утро 15 декабря они возвратились на побережье, немного поспали (чуть ли не впервые за двое суток) и ушли в очередной полёт, тоже оказавшийся безрезультатным. Теперь предстоял пятый и последний рейс: на станции «Король Бодуэн» горючего оставалось ровно столько, чтобы слетать в глубь материка, найти (или не найти) людей, доставить их на берег, долететь до
австралийской базы и, разжившись там бензином,
добраться наконец до Мирного.

Пришёл день, когда у четверых бельгийцев, если только они ещё живы, кончились последние продукты... Во время полёта наступили новые сутки, 16 декабря. Шёл пятый, предпоследний час поиска – два резервных часа отводились на то, чтобы вернуться на станцию. Вдруг внизу, километрах в двадцати слева по курсу, мелькнуло крошечное оранжевое пятнышко. Это была палатка бель-
гийцев!

В тот самый миг, по всем законам «жанра», взыграла пурга, палатка моментально исчезла из виду, но штурман успел засечь угловой курс, и минут через пять Ли-2 уже медленно катился по сравнительно ровному снежному полю. Один из механиков встал ногами на сиденье, высунулся в аварийный люк поверх слоя встречной низовой метели и кричал пилоту, куда ему рулить.

Неожиданно прямо у крыла в снежных вихрях возникла фигура человека. Рядом с начальником Бельгийской Антарктической экспедиции бароном Гастоном де Жерлашем тотчас появились и остальные: лётчик принц Антуан де Линь, механик Шарль Юльсхаген и самый пожилой из них – геодезист Жак Лоодтс, который из-за
усталости и обморожения не мог самостоятельно подняться по лесенке в машину (как оказалось, Лоодтса, участника бельгийского Сопротивления, заточённого фашистами в концлагерь, в 1945 г. уже спасали русские люди в солдатской форме, – теперь его бережно внесли в самолёт советские полярные лётчики).

Жизнь всех четверых была вне опасности. 19 декабря Ли-2 возвратился в Мирный. Ещё в воздухе спасатели узнали, что награждены высокими орденами своей страны. Позднее к ним добавились бельгийские ордена Короля Леопольда II. Награда лётчика Перова, к слову сказать, стала национальным достоянием России, хранится она в одном из столичных музеев, и по особо торжественным случаям Виктору Михайловичу выдают её на время (и под расписку!).

Одна из вершин Кристальных гор получила имя Виктора Перова, а в честь всего экипажа самолёта Н-495 названа горная цепь в Центральной Антарктиде. Так, 30 лет спустя после героической красинской эпопеи, прогремевшей в другом полушарии Земли, здесь, в южных полярных льдах снова нашли подтверждение нестареющие и гордые слова:
«В жизни всегда есть место подвигу!»

спасение бельгийской экспедиции в 1958 году

 

 

 


 

ВВЕРХ

Auto Web Pinger

СОЗДАНО ©Zinorov 2003-2018 Fenykc.comсайт феникс

Besucherzahler
счетчик посещений