география fenykc

FENYKC ГЕОГРАФИЯ

(для детей)

 

ГЛАВА 58

«ОБЪЯТЬ НЕБО И ОБЪЯТЬ ЗЕМЛЮ»
Александр фон Гумбольдт
(1769-1859)

 

 

александр гумбольдт

Как только не титуловали его – и при жизни и после: «вторым Колумбом», «новым Аристотелем», «величайшим путешественником-естествоиспытателем, какой только появлялся на свете». Во время революционных событий в Германии в марте 1848 г. массы народа встретили улюлюканьем прусского короля, появившегося на балконе дворца; они хотели видеть другого человека – Александра фон Гумбольдта. Пожалуй, никто в мире в первой половине XIX столетия не пользовался такой популярностью, как Гумбольдт. Его славе завидовал даже Наполеон. Только что ставший императором Франции, он удостоил аудиенции немецкого мыслителя, но лишь для того, чтобы унизить его. «Вы увлекаетесь ботаникой? – с подчёркнутой небрежностью спросил Бонапарт и, не выслушав ответа, добавил: – Моя жена тоже». Раздражение его было столь велико, что однажды он приказал министру полиции в 24 часа выдворить Гумбольдта из Парижа. Поистине был прав Талейран, когда после грубого разноса у повелителя в сердцах обронил: «Как жаль, что такой великий человек так дурно воспитан!» Человек удивительного ума и таланта, Гумбольдт предельно кратко сформулировал цель
своей жизни: «Объять небо и землю». А если сказать проще – создать новую картину мира. Для этого нужны были глубочайшие знания и непревзойдённое умение обобщать.
Ни того ни другого Гумбольдту было не занимать. Трудно даже вообразить всю грандиозность поставленной им задачи. Собрать важнейшие данные о строении Вселенной; о Земле, земной коре и атмосфере; о континентах и океанах; о растениях и животных; о климате и о почвах; о развитии человеческого общества, наконец. И не только просто собрать, а суметь обобщить, выделить главное и отсеять второстепенное. А затем привести в стройную систему всё это великое множество фактов и наблюдений. Такое было под силу только человеку с универсальным мышлением. Но чтобы осуществить задуманное, нельзя ограничиваться лишь прочтением фолиантов в тиши кабинета. Нужно многое наблюдать своими глазами. А как наблюдать, не путешествуя? Своё самое знаменитое путешествие Гумбольдт совершил в Латинскую Америку – регион, в то время фактически не изученный, – за что, собственно, и прозван современниками «вторым Колумбом». Экспедиция началась в июле 1799 г., когда фрегат «Писарро» бросил якорь близ Кумана, самой северной оконечности Южной Америки. Гумбольдта сопровождал Эме Бонплэн, на всю жизнь ставший его самым близким другом. Но не как обычный землепроходец отправляется он в неведомый край, не ставит тщеславной цели совершить «потрясающие» географические открытия. Загадочная для европейцев Латинская Америка для него прежде всего – гигантская «творческая лаборатория». Учёный видит свою задачу в том, чтобы с максимальной полнотой провести именно комплексные исследования. «Какую уйму наблюдений можно будет сделать к моему труду о строении Земли!» – восклицает Гумбольдт в одном из своих прощальных писем. 30-летний путешественник уже был к этому времени, бесспорно, одним из самых образованных людей Европы. Он слушал лекции выдающихся профессоров в университетах Берлина, Франкфурта-на-Одере и Гёттингена. Во Фрайбургской горной академии его наставником был один из ос-
нователей геологии Абраам Готлоб Вернер. Но как раз ученик окажется вскоре среди тех, кто нанесёт сокрушительный удар по вернеровской теории нептунизма, провозглашавшей образование горных пород из водной массы. Гумбольдт свободно говорит на нескольких языках, у него блестящий литературный стиль, он умеет доходчиво излагать свои мысли. Он владеет редким даром убеждать собеседника в правоте своих суждений. «Я буду собирать растения и окаменелости, а с
помощью первоклассных инструментов... буду производить астрономические наблюдения и изучать химический состав воздуха. Но не только это будет главной целью моего путешествия. Взаимодействие сил в природе, влияние неживой части творения на растительный и животный мир, вся эта гармония природы – вот на что всегда должен быть устремлен мой взор!» – такие слова Гумбольдт произносит перед вступлением на южноамериканский материк. Долгих пять лет продолжается путешествие: Венесуэла, Перу, Эквадор, Мексика – страны, о которых в Европе знают лишь понаслышке, да и то немногие; настоящие конандойловские «затерянные миры», где на каждом шагу – неожиданности и опасности... Значительные участки маршрутов пролегают по великим южноамериканским рекам – Ориноко, Рио-Негру, Амазонке. В Андах путешественники поднимаются по склонам вулканов Котопахи и Чимборасо; в Мексике знакомятся со знаменитым Попокатепетлем. Посещают и Кубу – жемчужину Антильских островов. Собранный материал – описания наблюдений, коллекции минералов и гербарии – настолько огромен, что приходится организовать его отправку в Европу по частям. Для обработки результатов экспедиции Гумбольдту потребуется почти 25 лет. Записи наблюдений, рисунки, подробное описание путешествия
с таблицами и картами еле-еле уместятся в 34-х
объёмистых томах. Гостеприимные мексиканцы, познакомившись с достнженияи Гумбольдта, присвоили ему титул «Бенемерито», что означало: «человек, имеющий
большие заслуги перед отечеством». Это было едва ли не первое признание его научных успехов. Придёт время, когда любая академия будет считать за честь видеть Гумбольдта в числе своих членов. 24 августа 1804 г. Гумбольдт и Бонплэн возвращаются в Париж (по пути домой они совершают двухмесячную поездку по США). Здесь он с удивлением узнаёт, что в Европе не раз возникали «достоверные» слухи о его гибели. Благополучное возвращение ещё больше способствовало росту его популярности. Но настоящий ажиотаж вызвали сведения о том, что багаж путешественников, разгружавшийся в Бордо, состоял из 35 огромных ящиков. Теперь предстояло их содержимое разбирать, сортировать и осмысливать. Современники Гумбольдта так и не сумели до конца осознать, сколь грандиозными по своим последствиям оказались результаты его экспедиции. Только спустя десятилетия стала очевидной вся значимость содеянного этим великим человеком. Пожалуй, его биограф Вальтер Май оказался наиболее точным в оценках: «Не только более основательным изучением Центральной и Южной Америки мы обязаны путешествию Гумбольдта, но прежде всего новыми отраслями наук, массой важных сведений и ценными научными прозрениями». Он был пионером во многих областях природоведения. Гумбольдт первым изучил состояние атмосферного воздуха в тропиках, выявил важные закономерности и заключил, что они действуют и в северных широтах. Сравнивая климат внутренних и прибрежных районов континента, он впервые пролил свет на особенности расположения климатических поясов на земном шаре. Так он стал родоначальником науки о климатах. Как геолог, он сумел по-новому взглянуть на роль вулканизма в природе и на взаимосвязь между внешней формой и строением горных хребтов. Он по существу создал новую географическую дисциплину – географию растений. До него географы ограничивались лишь описанием растительности. Гумбольдт же ставил задачу найти общие законы распространения растений – и немало преуспел в этом. Изучая поведение растений на одинаковых широтах Старого и Нового Света, он обнаружил связь между видами растений и высотой местности над уровнем моря; нашёл соответствие между высокогорной растительно-
стью и растительностью северных широт. Для него география была значительно большим, чем просто описание отдельных районов, – он придал ей статус теоретической дисциплины. Собрав статистические данные по Мексике, Гумбольдт пытался увязать с природными условиями нравы, обычаи и даже психологию людей. Во время экспедиции он провёл многочисленные наблюдения за атмосферой, астрономическими и магнитными явлениями, чего ранее в Новом Свете почти никто не делал. Эти наблюдения, как писал один из его биографов, «постепенно сделали вторую половину Земли
научно сравнимой с первой и как бы присоединили
одну к другой». Теперь становилось возможным охватить взглядом всю нашу планету, сравнить наиболее общие
её свойства, «объять небо и землю». Зарождалась
новая научная картина мира. На склоне лет Гумбольдту ещё предстоит написать и опубликовать главный,
итоговый труд своей жизни. Торжественность звучит в его названии: «Космос. Опыт физического описания мира». Но
это ещё будет когда-то, а пока он полон новых идей,
полон сил и готовности путешествовать. Но помышлять о далёких краях не приходится. Он понимает, какого огромного труда потребует подготовка материалов экспедиции к опубликованию. Для этого необходимы большие затраты, а средств у Гумбольдта явно не хватает. И ещё одно обстоятельство даёт о себе знать: в Германии весьма озабочены тем, что он не торопится вернуться на
родину. Прусский король уже присвоил ему звание
камергера, а место камергера – при дворе. Лишь одно короткое путешествие удаётся ему совершить. Вместе с геологом Леопольдом фон Бухом и химиком Жозефом Гей-Люссаком он принимает участие в восхождении на Везувий. Хмурым ноябрьским утром 1805 г. он появляется в Берлине. После блистательного Парижа Гумбольдта встречает «безлюдная пустыня»: «Я ощущаю себя чужаком, живу в отдалении от всех в этой ставшей мне чуждой стране». Хотя он и окружён всеобщим признанием и лестью, но по контрасту с Парижем дни его протекают удручающе однообразно. Случай приносит избавление: принц Вильгельм отправляется во Францию с миссией, имеющей целью добиться сокращения обременительно тяжёлых контрибуций, наложенных на Пруссию Тильзитским миром. Гумбольдт сопровождает принца. Переговоры оказались безуспешными, но Вильгельм дал учёному разрешение остаться в Париже для дальнейшей работы над отчётом. И почти на два десятилетия Гумбольдт поселяется в дорогой его сердцу «столице естествознания». Многочисленные тома отчёта выходят в свет один за другим. Завершено великое дело, и в мае 1827 г. Александр Гумбольдт в возрасте 58 лет возвращается в Берлин. К этому времени его старший брат Вильгельм, личность далеко не ординарная, основал Берлинский университет: там уже читали лекции многие выдающиеся учёные Германии. В Берлине, наконец, начала складываться та живая атмосфера, которой так недоставало Гумбольдту 20 лет назад. Но, поселившись в Берлине, он утрачивал независимость, по существу поступал на придворную службу к прусскому королю. А иначе нельзя – слишком скромным было материальное положение. Быть при дворе – это значит принять его «правила игры»: о том, чтобы целиком посвятить себя научной деятельности, не могло быть и речи. Король не понимал, что Гумбольдт принёс Германии больше славы, чем все князья и полководцы вместе взятые. Отдохновение от тягот придворного этикета он находил в чтении публичных лекций: всего лишь за полгода он прочёл их около 80. Как писал его брат Александр, «благодаря лекциям стяжал себе новую разновидность славы. А его курс и впрямь можно считать непревзойдённым». «Никогда ещё не слышал, чтобы в течение полутора часов один человек мог выложить столько интересных суждений и фактов», – вторил ему видный государственный деятель и учёный Карл фон Бунзен. Интересный эпизод произошёл во время одной из лекций. Малоизвестный издатель предложил Гумбольдту застенографировать и издать его лекции. Гумбольдт отказался, но именно тогда у него и зародилась идея написать сочинение, отличающееся точностью и содержательностью в научном смысле и изложенное популярным языком. Так зародилась идея будущего «Космоса». Но до её воплощения было далеко. ...Летом 1827 г. министр финансов Российской империи Егор Францевич Канкрин обратился к Гумбольдту с просьбой дать заключение: целесообразно ли чеканить монеты из уральской платины. В ходе завязавшейся переписки Гумбольдт намекнул о своём желании посетить Россию. Вскоре пришло официальное приглашение от Николая I. В мае 1829 г. происходит их личная встреча. «Ваше прибытие в Россию вызвало несказанный подъём во всей стране; Вы пробуждаете жизнь повсюду, где бы Вы ни появлялись», – такими словами встретил Гумбольдта император России. Всего полгода – с мая по ноябрь – занимает «азиатское путешествие» Гумбольдта: Петербург – Москва – Екатеринбург – Тобольск – Барнаул – Омск – Златоуст – Оренбург – Астрахань – Петербург. Столь краткая поездка могла быть только ознакомительной. Она не давала возможности для обширных наблюдений. Но
редкий аналитический ум Гумбольдта и великолепная интуиция позволили ему сделать немало выводов, хотя кое-что оказалось ошибочным. Прежде он сравнивал Новый Свет и Старый Свет; теперь он мог привлечь данные по «третьему свету» – бескрайнейшим русским просторам; о них даже в середине XIX в. просвещённые умы Запада имели далеко не полные сведения. В России он прямо способствовал организации системы наблюдений, которая впоследствии станет называться службой погоды, – сети метеорологических и геомагнитных наблюдательных станций. Пройдёт время – и эта сеть распространится от Пекина до Петербурга и через Берлин сомкнётся с западноевропейскими станциями. В 30-е гг. Гумбольдт понёс две самые тяжёлые утраты в своей жизни: 22 марта скончался Иоганн Вольфганг Гёте, с которым он был очень близок на протяжении многих лет, а 8 апреля 1835 г. у него на руках умер брат Вильгельм. Настали долгие годы одиночества: ему ещё почти четверть века предстоит оставаться на этой земле... Но впереди остаётся великая цель – создание «Космоса». Он пишет своему другу: «Я приступаю к печатанию труда (труда всей моей жизни). У меня безумная идея охватить и отобразить весь материальный мир, всё, что мы знаем сейчас о космическом пространстве и земной жизни, от туманностей до географии мхов, растущих на гранитных скалах, – и всё это в одной книге, которая бы и пробуждала интерес к предмету живым доступным языком, и отчасти служила отдохновением для души. Каждая большая и важная идея, где-либо промелькнувшая, должна быть здесь зафиксирована». «Объять небо и землю...» В 1845 г. появляется сочинение Александра фон Гумбольдта «Космос. Опыт физического описания мира». Это – только первый том, потом последуют другие. Четвертый, завершающий, увидит свет в 1868 г. Когда будет отмечаться столетие Гумбольдта, издатели отметят, что «Космос» является самой читаемой книгой после... Библии. Переведённый сразу на несколько языков, только первый том будет иметь к 1851 г. тираж более 800 тыс. экземпляров. Всемирная слава Александра Гумбольдта становилась легендарной. Из разных стран мира присылают ему различные письма с выражением преклонения и восхищения. Но не иссякает и поток просьб. Чего только не просят: посодействовать в получении профессорского звания, выхлопотать орден,
медаль, устроить на службу. Просят, наконец, денег. И мало кому ведомо, что старый больной человек, доживающий девятый десяток, сам чрезвычайно стеснён в средствах. 11 мая 1858 г. умирает Эме Бонплэн. Уходит
последний человек, который принадлежал к числу
ближайших друзей и сподвижников Гумбольдта. Известие настолько потрясает его, что он уже больше не встаёт с постели. 6 мая 1859 г., не дожив четырёх месяцев до
90-столетия, Александр Гумбольдт, навсегда оставивший необычайно яркий след в истории, умер. «Выдающиеся люди XVI и XVII веков сами были академиями – подобно Гумбольдту в наше время», – едва ли что-то можно добавить к этим словам Гёте.

 

 

 


 

ВВЕРХ

Auto Web Pinger

СОЗДАНО ©Zinorov 2003-2018 Fenykc.comсайт феникс

Besucherzahler
счетчик посещений