главная сайта феникс
 
вопросы  
 

ВОСХОД ЮНОНЫ

ссср

КОНСЕРВЫ

Пришла пора.
Пора менять,
Духовных ценностей вагон,
На хлеб и мыло.
Витя Меребян

– Все вы будете уволены из рядов Советской Армии под

различными предлогами.

Некоторые даже под неблаговидными предлогами.

В дальнейшем никто никаких указаний с нашей

стороны отдавать вам не будет. Придется работать

самостоятельно. Как говорят подводники:

«в автономке». Главное, не высовываться. Вести жизнь

обычных людей, что, учитывая вашу уникальность

и подготовку, будет не так просто. Однако, основная

профессия у вас универсальная, людям нужная.

В армейские формирования, тех стран, куда вы

отправитесь, я бы рекомендовал не соваться,

хотя, на все случаи советов не предусмотришь сейчас.

Будет возможность, добейтесь снятия

с воинского учета вообще. Силовые методы, это не ваша

прерогатива, но силовые акции правительств

контролировать придется. Вопросы? – подвел итоги

своего монолога Петр Алексеевич.

– А что будет после Союза?

– незамедлительно спросил Отришко.

– Хороший вопрос, – одобрил Варенников,

– и очень даже не простой.

Скорее всего, будут отдельные

национальные государства на базе

нынешних республик, первоначально

в рамках их же сегодняшних границ. И, скорее всего,

они пойдут по капиталистическому пути развития.

– И что, вот так вот, в одночасье, можно развалить Союз?

– скептически улыбнулся Дрозденко.

– На то он и союз, Александр Константинович,

хочу – дружу, не хочу – не дружу. 

Вон, Багдасарян,

после неприметного случая,

перестал отвечать на письма

Торова, обиделся он, даже не выяснив причины,

почему Стас не пришел к ним ночевать, как обещал,

когда был в кратковременной командировке в Омске.

А жены их продолжали переписываться еще многие

годы. Варенников внимательно оглядел офицеров,

и продолжил.

– Будет развал, а потом новое

объединение, но уже в другой структуре.

Скажем, в рамках какого-нибудь,

«ССР» – Союза Суверенных Республик,

но уже без стационарного центра в Москве.

– Какая независимость, Петр Алексеевич?

– Вступил Багдасарян,

парень высокий, массивный телом и

совершенно облысевший уже к двадцати годам,

что, впрочем, ничуть не портило черты его лица,

словно созданные Праксителем.

– Ведь за десятилетия,

да что там десятилетия, – за века, всё и вся

так переплелись, что мы зависим друг от друга.

И производства, и технологии,

и финансы, и сельское хозяйство, и энергетика.

Да всё.

– Совершенно верно, Олег Грантович.

Однако. Помните

русскую пословицу,

" Кто платит – тот и музыку заказывает"?

– И кто же платит?

– А на Вас джинсы чьего производства?

– Штаны штатовские, но пошиты, скорее всего, в Грузии.

– А на Вас, Евстахий?

– На лейбле значится Италия, а вот где шили в

действительности, не знаю,

но катон вельма качественный.

– Хорошие джинсы?

– С усмешкой продолжал

выспрашивать Варенников, поглядывая,

то на Багдасаряна, то на Торова,

неизвестно чего, добиваясь этим,

на первый взгляд, совершенно пустым трёпом.

– Не в джинсах счастье.

- «Включил дурака», по старой совковой привычке Торов.

– У нас обувь фабрики «Скороход», отличная, и

фотоаппараты «Зенит» с лантанной оптикой.

– И армянский коньяк,

– глядя на Торова и улыбаясь,

поддержал Багдасарян,

намекая о поддатом визите Стаса

в его омскую квартиру, где они

распили с ним не одну бутылку

того самого коньяка.

– А вы носили когда-нибудь, обувь фирмы «Саламандр»?

Вижу по ухмылке Дрозденко, что он носил. Ну и как?

Или пользовались фотоаппаратом «Никон»?

– Продолжал нажимать генерал,

неизвестно чего добиваясь.

– Или пили настоящее, я подчеркиваю, настоящее

«Шампанское», из провинции Шампань во Франции?

А не ту бурду,

которую гонят по трубам Нарофоминского

ликероводочного завода.

– Нет. – Переглядываясь, вразнобой ответили офицеры.

– Так у кого сейчас деньги?

– У буржуев. - Коротко ответил Дрозденко.

– И да, и нет! - Усмехаясь и поводя глазами, загадочно

ответил Петр Алексеевич.

– Как это? - Растерялся Отришко.

– А так. Денежки за рубежом принадлежат, а точнее

лежат,

на счетах первых секретарей компартий союзных

республик. Это, так называемые, деньги партии.

Хотя, лежат это не верно, они работают, участвуют в

обороте мировых валют и биржевых торгах,

а по республиканским счетам распределены для лучшей

сохранности на случай

очередного финансового кризиса в капиталистической

системе производства и потребления.

Хотим мы или не хотим, но в планетарной экономике

участвуем на условиях правил принятых

в большинстве стран. То бишь, капиталистических.

И занимаем в «табели о рангах» – не последнее место.

Но, складывать яйца в одну корзину, не рентабельно.

– И что? - выдохнул Торов

– А у Вас, когда-нибудь, были на руках большие,

ну, очень большие деньги?

– Нет.

– Очень слабые, или очень сильные люди одинаково

легко подпадают

под влияние астрономических сумм, тем более в валюте,

и тем более в золотых слитках.

– И, Вы думаете, что первые секретари республик не

захотят выпускать их из рук?

– Предположил Багдасарян.

– В точку. – Усмехнулся Варенников.

– И, чтобы не идти под суд, за присвоение народной

собственности в особо крупных размерах,

– генерал обвел взглядом притихших слушателей,

– они соберутся где-нибудь в тихом месте. Например, в

Беловежской пуще.

И, начнется парад суверенитетов, а они автоматически

станут неподсудны. Будучи, скажем,

президентами своих национальных государств.

– А наша-то задача, в чём состоит? – Недоумённо

оглядывая коллег, спросил Торов.

– Среди будущих президентов и в их ближайшем

окружении, есть и самодуры, и крохоборы,

и ярые националисты фашистского толка. И, задача ваша

будет, уберечь их от них же самих.

Власть очень кружит голову. Так вот, чтобы голова у них

не закружилась в опасную,

кровопролитную сторону, у них будете вы. Только они об

этом знать не должны.

– Суггестология, милостивейшие государи,

суггестология, – подхватил Альберт Венедиктович,

- именно то, что у вас есть. Никто из вас крови не боится,

но и до неё доводить не стоит.

Оперативное лечение имеет свои, очень строгие

показания. Не так ли, товарищ Дудаев?

– Совершенно с Вами согласен, – ответил Ильхам

Кадырович.

– Но, и опаздывать с оперативным лечением нельзя, –

продолжил Варенников.

– Так что, только ваш личный взгляд на жизнь и

политические амбиции элиты общества, будут

решать дальнейший мир на этой части планеты. Да и на

многих других частях тоже.

Представьте, когда триста шестьдесят миллионов людей,

вдруг, осознают, что они теперь живут

свободными от опеки мамочки - партии и старшего

брата!

А, свобода - это дар, который может принять не каждый.

Многие привыкли жить не по законам, а по-понятиям,

как простые граждане, так и элита, особенно элита,

которая может откупиться от закона.

– Первыми это осознают уголовники, чиновники и

военные. – Вставил Дудаев.

– Правильно. И по принципу, разрешено всё, что не

запрещено, начнётся такая порнография!

В этой мутной воде, светлые, конструктивные элементы,

создаваемые прогрессивными людьми,

могут потонуть. И, одна из ваших задач, не дать

деструкции взять верх.

Ищите таких светлых людей, и помогайте им пробиться к

свету. А деструктивных личностей давите

и уничтожайте, как социально, так и физически. Я

понимаю, что вы не ангелы, и можете ошибаться.

Да и профессиональных говорунов, обещающих на

словах светлое капиталистическое завтра

- предостаточно, и они могут быть весьма убедительны.

Для распознавания таких личностей, вы обладаете

возможностью видеть ауру людей.

А на случай того, если вы начнете впадать в этакий

«комплекс бога», череда заболеваний

и несчастных случаев заставит вас задуматься, и

вернуться в рамки этической оценки своих действий.

– Закончил Игнатенко.

   – Управлять неучами и больными проще всего, –

продолжил Петр Алексеевич. – Дай неучу портфель,

а больного привяжи к мизерному пособию, вот тебе и

лояльный к власти гражданин. Отними у стариков

достойную пенсию, а у работающего достойную оплату

его труда. И, вот уже старики сидят на шее

у молодых. А те, вынуждены горбатиться, либо на

нескольких работах, либо воровать.

Вот тебе и криминальный рост. А там и силовые

ведомства, сначала на законных, а затем и не

на законных основаниях, в угоду поместным князькам,

начинают действовать, прикрываясь буквой

того же самого закона, который что дышло. Разверни на

национальной почве псевдопатриотизм.

И, вот уже сцепились русские с украинцами, киргизы с

казахами, чеченцы с ингушами, а грузины с абхазами.

– Да Вы просто идеолог фашизма, партайгеноссе

Варенников! – Не выдержав напора, усмехнулся Дудаев.

– Что, неприглядно? А это аксиомы власти, испытанные

временем.

И, многие из национальных лидеров будущих

суверенных государств, могут поддаться искушению

пойти по этому пути. Вы военные, но и врачи. Вам:

Отришко, Дудаев и Торов довелось оперировать в

Подольске, как советских, так и афганских раненых.

Скажите мне, генералу медицинской службы, чем пахнет

война?

– Для меня война пахнет гниющими тканями живых

людей, – ответил Торов, - Я в Подольске работал

в основном в отделении раневой инфекции.

– Для меня, – вставил Дудаев, – свежей кровью из

ампутированных конечностей.

Я в основном работал в травматологии.

– Для меня, продолжил Отришко, – порохом, потом, и

мочой с говном.

– Я непосредственно вытаскивал пацанов из провальных

рейдов.

– А скольких солдат Вы провели через психушки, Торов,

только чтобы они уволились и остались живы?

– Много, хотя там где служил я, не было войны, но почти

треть

личного состава были рецидивисты, а у них свои законы.

– Вот и приходилось Вам, чтобы сын вернулся из армии

живым, маневрировать между рецидивистами

от зоны и рецидивистами в пагонах, так?

– Разное случалось, Пётр Алексеевич, – неопределённо

ответил Торов.

– Вы свои большие звёзды тоже, вероятно, не только за

красноречие получили.

– А сами таких не хотите? - Лукаво улыбнулся

Варенников.

– Нам нельзя, товарищ генерал, – так же лукаво ответил

Евстахий Данилович.

- Мы, ведь, теперь должны стать людьми незаметными.

Своего рода тенями, или консервами, которые

вскрываются при определённых обстоятельствах. Нам

это понятно.

– И это, радует, - с интонациями и тембром Горбачева

сказал Варенников.

– А как быть незаметным и замечать всё, этому вас научит

Альберт Венедиктович.

Всё, други мои, по коням и за парты.

Эту часть повествования мы нашли в двух местах.

В развалинах Октагона – одна часть.

В развалинах Пентагона – другая часть.

В отчёт группы «Феникс» включены, как стенограммы бесед,

Так и стихи Вити Меребяна.

В основном стихи и дали возможность

соотнести эти куски,

найденные в разных полушариях планеты

 

Пришла пора. Пора пришла менять,

Духовных ценностей вагон, На хлеб и мыло.

Мне это, Кстати, как и вам, Совсем не мило,

Но кушать хочется, И, вонь всю эту смыть, от власти

заскорузлой, что постыла.

Всё смыть к чертям. А, судьи кто? Судей, всё в тот же жбан

к чертям судей,

Судей к чертям, на мыло.

А мылом задницу подмыть, как следует,

Чтоб чисто было. А, судьи кто? Всё те же черти.

Жизнь моя – постыла. Лишь малый огонёк в ночи – Судей на мыло.

Но, есть хочу, И ценностей вагон – Несу к судье,

Менять на хлеб и мыло.

"ДОК"3-28 марта 2008 гарнизон "Восток-10"

ПРОДОЛЖЕНИЕ НА САЙТЕ ФЕНИКС

консервыЗолотой ключик

BBEPX

©Zinorov 2003-2017 Fenykc.comсайт феникс

Besucherzahler
счетчик посещений

Besucherzahler Beautiful Russian Girls for Marriage
счетчик посещений